Без рубрики

ЗАКОН №7275: МАСКИ-ШОУ СТОП или НОН-СТОП?

si-9jGNCQXCMeJGUlgd3tA-ilustra-n-foto

16 ноября 2017 года во время утреннего пленарного заседания Верховной Радой Украины был принят долгожданный для бизнеса и юридического сообщества закон №7275, за которым уже закрепилось неофициальное название «Маски-шоу стоп».

Официальное название закона — «О внесении изменений в некоторые законодательные акты по обеспечению соблюдения прав участников уголовного судопроизводства и других лиц правоохранительными органами при осуществлении досудебного расследования».

            За законопроект проголосовали 312 народных депутатов.

            Итак, основные изменения, внесенные в Уголовный процессуальный кодекс Украины:

  • в статьи 60, 214 – заявитель теперь имеет право получить выписку из Единого реестра досудебных расследований по его заявлению или сообщению об уголовном правонарушении. При этом следователь или прокурор обязаны предоставить такую выписку через 24 часа с момента внесения сведений в реестр;
  • в статьи 3, 28, 303 и 308 – лицо, которое не является стороной уголовного производства, и в отношении которого (в том числе его имущества) осуществляются процессуальные действия, теперь вправе заявлять ходатайства об осуществлении уголовного производства в разумные сроки и обжаловать нарушение таких сроков;
  • в статьи 27, 107, 222 и 236 – видеофиксация проведения обыска теперь становится ОБЯЗАТЕЛЬНЫМ условием. Видеозапись становится неотъемлемым приложением к протоколу обыска. Кроме того, стороне защиты предоставляется право самостоятельно осуществлять видеофиксацию проведения обыска. Лицо, в помещении которого производится обыск, имеет право пользоваться помощью адвоката на любой стадии его проведения;
  • в статьи 160, 164, 165, 168 – сторона обвинения теперь обязана обосновывать необходимость изъятия оригиналов документов или их копий и делать копии необходимой информации с привлечением специалиста. При этом временное изъятие электронных информационных систем запрещается;
  • в статью 284 – дополнен перечень оснований для закрытия уголовного производства, в частности, в случае наличия неотмененного постановления следователя, прокурора о прекращении уголовного производства по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 4, 9 части первой статьи 284 УПК.

Прокомментировал данные нововведения старший партнер Адвокатского объединения «Ассирия», адвокат Владислава Борисенко:

«Пока не будет опубликован окончательный текст закона, рано давать детальную оценку конкретным его нормам. Однако, если исходить из текста законопроекта, опубликованного на сайте Верховной Рады, то называть его революционным, как это делают некоторые народные депутаты, я бы не спешил. Особенно при сравнении с альтернативным законопроектом №7275-1 от 15 ноября 2017 года, который был снят с рассмотрения.

Принятый закон содержит несколько позитивных вещей для бизнеса.

Во-первых, процедура получения у суда разрешения на обыск серьезно усложняется. Если нормы закона заработают как следует, то у правоохранителей уже не получится приносить судьям готовые определения на флэшке. А у судей не получится подписывать их десятками, при этом особо не вникая, как это происходило до сегодня. Количество обысков после вступления соответствующих норм в силу, а это 1 января 2019 года, должно существенно сократиться.

Во-вторых, следователь будет обязан допустить адвоката на обыск на любой его стадии. Предусмотрена и реальная санкция за нарушение данной нормы – признание полученных в ходе обыска доказательств недопустимыми.

В-третьих, теперь органам досудебного расследования будет сложнее бесконечно возобновлять закрытые однажды уголовные производства. Хотя, зная «креативный подход» правоохранителей в подобных ситуациях, думаю, они найдут какой-то «выход» и здесь.

А теперь перейдем к явным, на мой взгляд, недоработкам проголосованного законопроекта.

Главная из них касается положений «по-новому» регулирующих изъятие компьютерной техники. Законодатель по какой-то непонятной традиции упорно вносит дополнения в статью 168 УПК, регулирующую временное изъятие имущества, забывая о нормах, регламентирующих непосредственно обыск. Правоприменительная практика, в том числе судебная, к сожалению, давно пошла по тому пути, что временно изъятым имуществом не являются вещи и документы, указанные в резолютивной части определения следственного судьи. Я не знаю, видели ли авторы законопроекта хоть одно определение следственного судьи о разрешении на проведение обыска по «экономической» статье, в котором суд не предоставил бы правоохранительным органам право на изъятие компьютерной техники, флэш-накопителей и мобильных телефонов. Лично я, несмотря на обширную практику сопровождения обысков на предприятиях, таких определений не припомню вообще. В этом плане альтернативный законопроект №7275-1 был значительно интереснее и революционнее, поскольку предусматривал, что любое изъятое в ходе обыска имущество имеет статус временно изъятого, даже если оно прямо указано в определении следственного судьи о предоставлении права на обыск.

То есть, норма о запрете изъятия компьютерной техники на практике работать не будет.

Однако, этого законодателю показалось мало, и правоохранительным органам оставили еще одну возможность изъять практически любой системный блок, ноутбук или сервер. Для этого достаточно счесть их «средством или орудием совершения преступления» (новая редакция ч. 2 ст. 168 УПК). Бьюсь об заклад, что теперь каждый прокурор, следователь или оперуполномоченный налоговой милиции во время обыска обоснованно заявит вам, что «вся компьютерная техника должна быть изъята, поскольку у следствия есть основания полагать, что она является средством и орудием совершения преступления, так как с ее помощью вносились недостоверные данные в налоговую отчетность».

К сожалению, есть очевидный ляп и в формулировке абз. 3 ч. 1 ст. 107 УПК в новой редакции. В данном абзаце сказано, что «право беспрепятственной фиксации проведения обыска с помощью видеозаписи предоставляется также стороне защиты». Но о какой стороне защиты может идти речь, если обыск проводится до уведомления о подозрении (а это 99% случаев)? Очень надеюсь, что, по крайней мере, такие технические недоработки будут устранены в опубликованной редакции закона.

Возможно, через несколько лет мы и придем к тому, что обыск на предприятии превратится из банального средства вымогательства в реальный инструмент получения доказательств, но для этого необходимо продолжать совершенствовать процессуальный закон» — прокомментировал Владислав Борисенко.

Об авторе

Владислав Борисенко

адвокат, партнер Адвокатской компании "Ассирия"

Оставить комментарий